Блоги

ИСТОРИЯ OPEL. БЕЗ АДАМА

24.06.2021, 23:43 2282 0 Александр Пикуленко

Жизнь складывалась нельзя как успешно. Мир и согласие воцарились на объединенной «железным канцлером» Бисмарком земле. Росли, не нарадуешься, сыновья. Рядом – верная спутница, всегда готовая поддержать мудрым словом и делом. Громкие судебные тяжбы, нередко возникавшие между владельцами заводов швейных машинок, счастливо обошли Адама Опеля стороной. И всё вроде бы ничего, да только неспокойно было на сердце. Иногда, устроившись поглубже в плетеном кресле на балконе своего особняка, Адам раскуривал длинную турецкую трубку, и тут посещали его нелегкие думы.

Почему он всегда чувствовал себя отстающим? Только научился делать лучшие в округе швейные машинки, а другие уже делали велосипеды. Освоил велосипед – а в соседней земле некто Карл Бенц построил самодвижущийся экипаж. Да, конечно, швейные машинки лучше раскупались. А на велосипеде можно доехать до Франкфурта едва ли не быстрее, чем на поезде, не говоря о новомодном автомобиле. И все же…  Получалось, что он, Адам Опель, повелитель швейных машин и король педалей, опять остался позади! Что-то подсказывало ему, что эти господа – Бенц, Панар с Левассором, Де Дион с Бутоном, Даймлер, Кюльштайн, Луцман – отворили заветную дверку в будущее. Вот-вот захлопнется дверка. Так и придется до конца дней педали крутить.

Надо, надо освоить и это новое дело, изготовление моторных экипажей. «Завтра же отправлюсь в гости к кому-нибудь из изобретателей и побеседую». Не согласится ли на сотрудничество? Чем конструировать с чистого листа, проще воспользоваться готовой конструкцией. Богатый жизненный опыт подсказывал Адаму Опелю, что действовать следует именно таким образом. И поскорее.

Чудный августовский вечер затихал. Легкий ветерок шевелил обрывки паутины и так рано начавшие желтеть листья. Вдруг перед глазами возникла пугающая своей неотвратимостью картина. Канцелярский служка, лица которого не прочитать, кряхтя, поправляет замызганные нарукавники, откидывает медную крышечку чернильницы, обмакивает перо и со вздохом заносит в огромную амбарную книгу невеселую запись: «Регистрационный номер сорок пять… фабрикант Адам Опель… пятидесяти восьми лет и трех месяцев отроду, евангелического вероисповедания, скончался восьмого сентября одна тысяча восемьсот девяносто пятого года в час тридцать пополудни».

Преждевременная смерть Адама Опеля спутала дальние планы. Семье предстояло собраться с духом, напрячь все силы и принять на себя управление немалым хозяйством. Хозяйство перешло ко вдове, и в этом положении София Опель вновь проявила себя как твердая и рассудительная хозяйка. С предприятием, кормившим почти половину жителей Рюссельсхайма, «мамаша Опель» управлялась, словно с поварешками на кухне.  Когда в тысяча восемьсот девяносто седьмом году в Берлине состоялась первая выставка «моторвагенов», София Опель отрядила туда самых предприимчивых из сыновей, Фрица и Вильгельма.

Братья, одетые щеголями, заявились в берлинский отель «Бристоль», где в холле, в окружении кадок с пальмами выставлялись –  страшно подумать! – целых восемь безлошадных экипажей четырех разных изобретателей. Вокруг чинно ступали важные господа в безукоризненных визитках, под руку с дамами. Дамы шуршали по персидским коврам шлейфами платьев и воротили кокетливые носики от резких запахов диковинных экспонатов. Братья переглянулись: им ли робеть перед столичной публикой? Они здесь, чтобы выяснить, так ли серьезны все эти механические игрушки? Стоит ли вообще овчинка выделки и – может – кто-то из изобретателей готов к партнерству?

Но Готлиб Даймлер был по рукам и ногам связан французскими контрактами, Кюльштайн предлагал сомнительный на вид электромобиль, хотя и с передними ведущими колесами. А задавала-Бенц братьям как-то сразу не понравился: «Сначала купите мою повозку, а затем и лезьте с расспросами, что и как устроено!»   

 

Последний, к кому подошли братья Опель, был невысокий человек с ладной бородкой клинышком и мозолистыми натруженными руками. Звали господина Фридрих Леопольд Кристоф Луцман. Он окинул братьев пронзительно-оценивающим взглядом: «Господа Опели? Из Рюссельсхайма?» Луцман выставлял два автомобиля, и назывались они «стрелами».

«Так ли быстры Ваши моторные телеги, как стрелы?» – поинтересовались братья Опель.

«Они на треть быстрее машин господина Бенца, – гордо заявил изобретатель. – Сорок километров в час!» Должно отметить, что и оформлены «стрелы» были богаче конкурентов, все в изящных кованых завитках, с позолотой. Тут настала пора раскурить сигары и побеседовать более обстоятельно.

ДРУГИЕ ЛАЙФХАКИ:

Комментарии (0)