Блоги

МАРАФОН ПРИБЫЛ В ЮЖНУЮ АМЕРИКУ

12.05.2020, 00:13 1141 0 Александр Пикуленко

В Латинской Америке начались трудности перевода. Джон Хэмсли на Peugeot 504 спросил дорогу у бразильского полицейского. Тот затребовал документы на машину. Оба ни слова не понимали. Время шло, и Хэмсли попросту дал газ. Полицейский бросился в погоню. Конфликт удалось уладить с трудом.

А на одной из улиц в Сан-Паулу «Москвич» номер 28 блокировали две местные машины. Оттуда выскочили разъяренные люди с оружием. Бородач с автоматом начал вытаскивать из-за руля Леонтия Потапчика, второй ткнул стволом Юрия Лесовского. Бывший десантник ударил его кулаком по лицу и заблокировал дверь. Теперь ломились со всех сторон. Машина ходила ходуном. Метрах в десяти стоял местный полицейский и самодовольно ухмылялся. Проснувшийся Баженин крикнул Потапчику: «Леня, жми на газ!» Лесовский – старший экипажа наоборот: «Леня, ни с места, убьют!» Бородач дал очередь из автомата, толпа бросилась врассыпную. Остался только парень лет двадцати. Он приблизился к машине и спросил: «Американо?» Потапчик в ответ: «Русские». «Руссио? Гагарин?» Потапчик через стекло показал синий служебный паспорт с гербом. «Руссио, руссио!», - закричал парень. Бородач как-то сразу обмяк и повел стволом автомата, езжайте, мол. Как потом выяснилось, один из британских экипажей не то сбил, не то сильно напугал сына этого бородача.

В четырехстах километрах от Монтевидео сошел с дистанции один из фаворитов Рене Траутман. В попытке оторваться от наседавшего Микколы он не удержал машину в сложном повороте.

На первых трех тысячах Южной Америки марафон недосчитался 19 экипажей. Остальных ждал непрекращающийся дождь в пампасах, снег в Андах и дороги, по которым до них бродили только ламы.

Начинался «Боливийский прим» по Кордильерам. Горные дороги такие узкие, что полицейские перекрывают их по расписанию: сутки машины идут в одну сторону, сутки -  в противоположную. Иначе не разъедешься. Экипаж Ивана Астафьева рвался вперед. Сафонов и Астафьев в одном экипаже, два заклятых друга-соперника. На ипподромных гонках в Москве они «рубились» жестко. На ответственных участках могучий Астафьев никого не подпускал к рулю, но у любого организма есть предел. Сменились. А через час Иван опять потребовал руль. Пока пересаживались, мимо пронесся «Москвич» Гирдаускаса. Тут Астафьев азартно бросился в погоню, даже не пристегнувшись. А дорога поворот на повороте. В пыли Иван не рассчитал скорость, и «Москвич» № 21 полетел под откос. От удара дверь открылась и Астафьев выпал, машина его придавила. Гирдаускас, на глазах которого это все случилось, ударил по тормозам. Ивана осторожно втащили на разложенное сиденье и, тут уже не до результатов, Кастатис увез его в больницу. Место называлось Комарго, телефона нет, поезда ходят два раза в неделю. А у гонщика тяжелый ушиб затылочной части головы, внутреннее кровоизлияние, перелом семи ребер и с десяток иголок местного кактуса в разных частях. В местной дыре ему помочь было некому, надо было везти туда, где ему могли оказать грамотную медпомощь. Но как? И тут неожиданно показалась наша техничка. Евгений Андреев, догоняя команду, углядел у обочины мальчишек, играющих с табличкой «21». Астафьева удалось уложить в забитую до предела техничку. Но на высоте мотор не тянул, и один из подъемов одолеть не смогли. Вдвоем тяжелый универсал не вытолкали, обессилели из-за кислородного голодания. Тогда за руль посадили искалеченного Ивана и начали толкать втроем.

А вдогонку советской команде вдруг понеслись телеграммы из Москвы: «Не считаясь с затратами, обеспечить присутствие техники на завершающем этапе». То экономили на подготовке, а то «не считаясь с затратами». 40 000 долларов, выданные Сочнову в Лондоне, против 300 000 затраченных на подготовку заводом Citroen. Поговаривали, будто Ford вложил в эту авантюру целый миллион.

Вспоминалось Сочнову, как с инженером торгпредства они носились по Лиме, выискивая подходящие амортизаторы.

Впереди в порту Буэнавентура участников ждал старый итальянский теплоход «Верди», переправлявший машины и гонщиков через Панамский залив. Но «Верди» мог принять на борт только 35 машин, поэтому всем стоило поспешить. Впрочем, по ходу марафона у главного судьи гонки Джона Шпринцеля оставалось все меньше уверенности в том, что наберется и это количество. Все решила «Дорога инков». К преправе пришло только 26 машин. Поскольку оставались свободные места, разрешили взять и нашу техничку.

ДРУГИЕ ЛАЙФХАКИ:

Комментарии (0)