Тягачи, дети и New York Times

Реплика Александра Пикуленко

Всегда интересно, а кто сегодня первый в мире по размеру среди мощных тягачей?  Как ни странно, это французский «балластник» Nicolas Tractomas TR 10x10 D100. В наше время именно он и значится в книге рекордов Гиннесса, как самый большой тягач на планете.   Этот грузовик весит 63 тонны, а его длина 125 метров. Чтобы он мог много возить, у него под капотом стоит гигантский двигатель Caterpillar объемом 27 литров и мощностью в 1000 л.с.  Эта французская фирма с забавным для русского уха именем Николя, которая построила уникальные машины, ещё делает нестандартные прицепы под свои тягачи для сверхтяжелых грузов. Традиция идёт издалека, еще в 1855 году Nicolas начал делать деревенские телеги. За всю историю фирмы Nicolas было выпущено около 300 тягачей по цене 800 000 евро.

Девать ребенка в машине некуда. Его хочется прикрепить и обездвижить, перевозя, как ящик с хрусталем, трепетно, молчаливо, все время озираясь и проверяя надежность крепления. В идеале всякая деятельность ребенка должна пресекаться, издавать звуки ему запрещено, а высвобождать любую часть тела – и подавно. Оптимальный вариант перевозки – в багажнике, в специальном боксе с замками и дырками для вентиляции. Но вместо всех этих мечтательных подробностей, гуманисты учинили равноправие, защиту детских свобод и специальные кресла, в которых обременительный груз превращается в разговорчивую помеху с хаотичными движениями и постоянной угрозой лишения родительских прав за неаккуратную попытку коррекции. 

Ученые из цивилизованных стран с трепетным отношением к догмам задались целью выяснить, на какое из пассажирских сидений родители крепят детское кресло. Выяснилось, что 46% делают это сзади слева. Из чего напрашивается вывод, что в исследование попали страны с левосторонним движением. Еще 38% родителей ставят детское кресло сзади справа или спереди слева, т.е. опять-таки все это в машинах с правым рулем. На самое безопасное место по центру сзади кресло ставят только 8%. Но необязательно по недомыслию, а в основном из-за размеров автомобиля, в котором может не оказаться широкого дивана на троих. Вне поля зрения ученых, озабоченных идеализацией действительности, остались целые континенты, где детей развешивают по всему мотоциклу, распихивают под сиденья автобуса или сваливают горкой в кузове поверх тюков с барахлом.

В январе 1899 года в редакционной статье The New York Times появилось новое слово «автомобиль». Термином, понятным всем, оно стало значительно позже, когда смысловая нагрузка получила реальную поддержку в виде повседневного изделия на каждом углу. В России даже после Революции вместо слова «автомобиль» еще долго использовалось слово «мотор».

Фото: 2drive.ru