Роскошь, англичане и водород

Реплика Александра Пикуленко

«Деньги – это грязь. Но грязь – это не деньги» - братья Стругацкие. Ну а если денег как грязи, тогда обременённые ими россияне сразу покупают статусные автомобили. Прошедший год порадовал многих, кто не мыслит свою жизнь без Mercedes, прикупили себе 10200 новых машин. Вечные соперники из Мюнхена сумели протолкнуть через границу 18000 штук подсанкционных, но таких желанных BMW.  Порадовали себя и хорошо заработавшие ценители Rolls-Royce, 225 новых монументальных мастодонтов выкатились на наши улицы. Немного отстали почитатели всегда благородных Bentley, их на всю необъятную страну нашлось 198 человек. Не отстают и любители быстрых машин, ими было куплено 159 Lamborghini, 73 Ferrari и 25 Aston Martin.

В Голландии, особенно в Амстердаме, много старых домов, вросших в землю настолько глубоко и безнадежно, что подоконники в них по пояс прохожим, и каждый пешеход может заглянуть в чужую личную жизнь. И если в остальном мире народ в такой ситуации громоздит ставни, решетки и занавески, то голландцы держат окна незакрытыми, чтобы все и всегда видели, чем именно занимаются хозяева. Подобная странность у голландцев настолько давно, что считается национальной традицией. Такое и до войны случалось, но после освобождения от немцев стало повсеместным. Тогда Голландия была нищей, голодной и опустошенной, а народ, наоборот, открытым, сплоченным и усердным, и возникло массовое желание предъявить всем вокруг свою общность с бедой страны. Вместо того, чтобы закрыться и тихо съесть паёк, люди начали демонстрировать, что живут, как все, с пустыми тарелками, без хлеба и едят нерегулярно на общих основаниях одинаковые американские консервы. Людям было важно показать, что беда у них общая, и никто за чужой спиной не жирует. Еще подобная открытость встречается в России, где избы без палисадников выходят окнами прямо на дорогу. В нашей стране на все случаи жизни полагается забор. А в восточных странах в домах даже окон на улицу нет. И тут отличились англичане; власти города Вустера решили улучшить транспортное обслуживание и выпустили на улицы вместительные двухэтажные автобусы. Они для Англии привычны и вообще символизируют и ее столицу, и саму страну. Но тут внезапно повалили жалобы. Всколыхнулись жители тех улиц, где проходил маршрут. Они посчитали, что нарушается их право на частную жизнь, потому что пассажиры второго этажа заглядывают к ним во дворы и могут разглядеть то, что им не полагается. Власти толерантно избежали комментария, но вежливо сообщили, что не имеют возможности расточительно тратить бюджет города на ежегодную смену автобусного парка, поэтому всем, кто спрятался за забором, предстоит потерпеть, пока техника не иссякнет от старости, выработав положенный ресурс. Голландцы перепалку оценили.

В период вольного изобретательства, когда настала пора найти замену лошади, а технических канонов еще не существовало, изобретатели смело брались за любые виды двигателей и какое угодно топливо. С примечательной лихостью они мастерили моторы на газу, нефти, дровах, бензине, касторке, спирте и даже водороде. Ощущение, будто до водорода человечество додумалось в наши дни, самонадеянно и обманчиво. Первый патент на водородную силовую установку был выдан в Англии в 1841 году. А первые работоспособные моторы появились в 30-х годах прошлого века. Но всерьез поехать на водороде люди смогли лишь полтора века спустя, и до сих пор делают это не очень уверенно.